Мария Скородински: Если бы тогда рядом со мной была «позитивная чемпионка», возможно, я бы не прошла через весь этот ад

Марии Скородински из Дрокии 34 года. У нее трое детей, работа, звание «позитивной чемпионки» в рамках проекта ООН-Женщины Молдовы, а теперь и почетное место в «Топ 100 влиятельных женщин 2017» по мнению ВВС. Много лет Мария переживала насилие в браке. Много лет она молчала, а потом вдруг поняла – что хватит. Вот уже второй год она помогает другим женщинам остановить насилие и жить нормальной жизнью. О том, как у нее все это получается – она рассказала в интервью нашему сайту.

Мария, как вы узнали, что попали в «Топ 100 влиятельных женщин 2017» по мнению телеканала ВВС?

Мне рассказала об этом коллега по проекту «Позитивная девиация». Я очень обрадовалась этой новости.

А как в ВВС узнали о вас?

Через СМИ и социальные сети, я очень много рассказывала свою историю о пережитом насилии, снялась в социальном ролике «Письмо к дочери», неоднократно давала интервью.

Я знаю, что вы до сих помогаете женщинам, которые пережили насилие, выходить из этой ситуации. Что конкретно вы делаете?

Нас в Дрокии две позитивных чемпионки, мы на волонтерских началах регулярно ездим на встречи с другими женщинами из близлежащих сел и городов, рассказываем им о нашей судьбе, рассказываем об их правах, призываем не молчать и говорить о пережитом или переживаемом насилии. Мы обязательно рассказываем им какими инструментами они могут добиться соблюдения своих прав, защиты, вдохновляем их бороться за свое будущее. И что очень важно: мы продвигаем идею гармоничных отношений в семье. Потому что наша основная цель – предотвратить насилие в семье, сделать все возможное, чтобы оно не произошло, и чтобы семьи не распадались. Развод – это крайняя мера, к которой нужно прибегать, когда уже ничего сделать нельзя. Наша же цель предотвращать насилие, и конечно останавливать его, если оно уже случилось. Женщины открываются на таких встречах, очень многие не знают своих правах, многие просто не верят в себя, особенно когда речь о женщинах из сельской местности. Они много работают, им просто некогда думать о себе, и конечно эти 2 часа на подобных встречах им крайне необходимы.

Сколько женщин из тех, кто к вам приходят уже столкнулись с насилием?

Статистика по Молдове говорит, что одна из 6 женщин была подвержена насилию минимум один раз на протяжении жизни. Вот и ответ. Многие из них живут и терпят насилие, потому что даже не осознают, что это ненормально. К сожалению, множество женщин воспринимают то же сексуальное насилие в семье как норму, они убеждены, что если женщина замужем – она должна, обязана ложиться в постель с мужчиной, даже если не хочет этого. Они живут с этим и даже пытаются оправдать такое поведение, мол, у кого-то еще хуже и ничего, а я должна терпеть. Такой у нас менталитет.

Были ли истории, которые буквально разрывали вам сердце?

Знаете, каждую историю я проношу через себя, я ведь сама прошла через это и каждый раз я будто заново проживаю с ними эти моменты. Тяжелее всего слушать истории жертв сексуального насилия. Это насилие оставляет травму на всю жизнь. Мне кажется, что в отношении этого преступления наше законодательство должно быть более жестким, а наказание суровым. Женщины же не должны стыдиться рассказывать о том, что подвергались сексуальному насилию, надо всегда обращаться в полицию, потому что виновник будет наказан в этом случае, не смотря ни на что.

15540819_712392118917620_2533323034275333768_o

В чем нуждается женщина, которая подверглась или подвергается в данный момент насилию?

В первую очередь, женщина должна знать, что мы, я имею в виду общество, близких, коллег, — ее поймем. Многие женщины не обращаются за помощью, потому что чувствуют себя виноватыми, ведь почти всегда агрессор запугивают свою жертву и она просто боится кому-либо об этом говорить, боится, что ее просто поймут. Если женщина будет уверенна, что ее поймут и примут – она будет обращаться за помощью.

Специалисты говорят, что в ссоре всегда виноваты оба. При этом в народе говорят так: «Она его спровоцировала, сама виновата». Вы часто сталкиваетесь с такими предрассудками?

На самом деле в самом феномене насилия не существует понятия провокация. Его просто нет. Да, женщина может выразить некое недовольство, на которое агрессор, не зная других путей разрешения конфликта, начинает прибегать к насилию. Это его оружие, это то, чем он может остановить женщину, которая чем-то недовольна, к примеру. Да, есть другие более мирные методы, но агрессор прибегает к насилию, просто потому что так проще. Я часто слышу от других, что женщина сама спровоцировала, сама нарвалась – но это неправда.

Как вы считаете, нужно ли работать не только с жертвой, но и с агрессором? В Америке, например, мужа-насильника обяжут пройти курсы по управлению гневом. Как думаете, это правильно?

Я согласна с вами. К большому сожалению, у нас в стране существует единственный центр для работы с агрессорами в семье и находится он в Дрокии. Агрессор по решению суда обязан пройти там специальные курсы на протяжении нескольких месяцев, эта терапия позволяет им справиться с детскими травмами, с негативными эмоциями и главное, на этих курсах им расскажут, что конфликты в семье можно решать не только при помощи насилия, но и при помощи других методов. Я считаю, что агрессоры тоже нуждаются в помощи, особенно в психологической. И надеюсь, что в будущем наша система реабилитации жертв насилия усовершенствуется, и работа будет вестись параллельно, как с жертвой, так и с агрессором.

Знаете, есть такое убеждение, что если мужчина ударил один раз, он ударит снова и от такого мужчины нужно бежать. Это правда?

Конечно. Феномен насилия – циклический: сначала период повышенного напряжения, затем острый период, затем люди мирятся, прощают друг друга. И все начинается заново. Поэтому да, если мужчина ударил один раз, он обязательно сделает это еще раз. Но совсем не обязательно сразу от него бежать. Мы не поддерживаем эту идею – сразу уходить. Надо обращаться за помощью, и просить ее как для женщины, так и для мужчины. На первых этапах, после первой же пощечины женщина должна обратиться за помощью, безоговорочно. Чтобы остановить этот процесс. Если женщина долгое время терпит это, наступает стадия, когда уже ничего нельзя изменить. И единственное что остается – развестись. То, что было и в моем случае, я терпела насилие 8 лет, пока не наступил момент, когда единственным выходом было бежать от этого мужчины.

Но не во всех семьях так поступают, если женщина вовремя попросила помощи, семью еще можно спасти. И отношения можно спасти.

Бывали такие случаи, когда семьи спасались после первой пощечины? Я, например, даже представить не могу, что меня муж ударит, а я пойду к психологу, и мы будем заново выстраивать отношения. Как можно давать второй шанс тому, кто тебя унизил?

Знаете, многие женщины в нашей стране не только дают второй шанс после унижения, изнасилования, — они дают и второй, и третий и еще много-много шансов. Потому что они не знают свои права и принимают это за норму, потому что в обществе множество стереотипов, которые взращивали в нас сотни лет. Например, если тебя ударил муж – это нормально. И очень сложно менять менталитет. Но изменения происходят, и в первую очередь это изменения в законе, это и наш проект «позитивных чемпионов». Поэтому спасти семью возможно, поверьте. Даже после первой пощечины. Потому что женщина имеет право жить нормальной жизнью, без насилия.

Можно ли на стадии конфетно-букетного периода, помолвки понять что парень или жених — будущий агрессор?

Конечно. В первую очередь – это постоянный контроль над женщиной, девушкой. Если парень постоянно ее контролирует – кому звонила, где была, с кем разговаривала, кто тебе написал СМС-ку, – все это говорит о гипер-контроле. И это ненормально. И вот такой звоночек можно заметить еще на первых стадиях влюбленности, отношений. Но к сожалению, во многих случаях любовь ослепляет, и молодые неопытные девушки видят только хорошее, не замечая плохое. Уже после свадьбы вылезают все эти негативные стороны и начинаются проблемы. Именно поэтому я за то, чтобы перед свадьбой парень с девушкой пожили как можно больше времени вне брака, чтобы привыкли друг к другу, посмотрели на то, как ведет себя твой избранник в различных ситуациях, как он ведет себя с другими женщинами, с мамой, с сестрой. Не надо спешить.

Вы уже упомянули, что сами прожили 8 лет в насильственных отношениях. Как это было?

Я жила с мужем, который был с самого начала типичным агрессором. И моей ошибкой было то, что в самом начале отношений я не обратила внимание на те звоночки, о которых говорила выше. Я быстро вышла замуж, я была вынуждена, потому что забеременела от него. А он мне поставил условие — или я выхожу за него замуж, или делаю аборт. Я приняла его ультиматум из-за страха. Наши отношения начались со страха. И вот если бы тогда рядом со мной была «позитивная чемпионка», возможно, я бы не прошла через этот ад, который прошла и еще тогда бы сразу же рассталась с ним. Последствия от таких отношений остаются на всю жизнь. Если физические раны затягиваются, раны после насильственных отношений очень долго гноятся.

Сколько вам было лет, когда вы вышли замуж?

25. Но это мой второй брак, от первого брака, который не удался, у меня на тот момент уже был сын.

Вы сейчас поняли, когда был то первый «звоночек», после которого надо было уходить?

Конечно, это был момент, когда он меня первый раз оскорбил. А потом он меня унизил и стал унижать все больше и больше. И вот тогда мне надо было понять, что он – не мой мужчина. Но у меня не было ни информации, ни смелости сделать это. Я была зависима от него экономически, мне негде было жить на тот момент, и я терпела.

Вы пытались что-то сделать?

Я пыталась поговорить с ним, но он просто смеялся. Ко всему прочему я выросла в семье, где не принято было выражать эмоции и мне давалось это очень тяжело. Особенно сложно говорить в ответ, когда близкий человек тебя унижает. И я пыталась писать ему такие небольшие письма. А он просто смялся, говорил, что я играю с огнем. Он говорил, что я живу иллюзиями. И я закрылась, потому что поняла, что не с кем говорить. Потому что он вселил в меня страх. Я когда его видела, начинала дрожать, у меня комок к горлу подступал. Поймите, невозможно говорить с человеком, которого ты боишься, это физически невозможно.

15370047_709197869237045_1484025810139154463_o

15443076_709198615903637_6384811622159578567_o

Когда была та последняя капля, когда вы поняли, что больше не можете терпеть?

Когда однажды ночью он набросился на меня при детях. Они плакали, видели все это. И вот тогда я ушла. Но уже на тот момент я знала, куда я пойду, что я буду делать, я была готова уйти. Если бы мне некуда было идти – я бы так и осталась терпеть все это. И это большая проблема, потому что женщина не знает, куда ей идти, поэтому она и остается.

Он поднимал руку на ваших детей?

На девочек, а он их родной отец – никогда. А мальчика от первого брака он постоянно старался задеть, бил, и я все это видела и молча терпела.

Почему?

Мне было очень непросто. Вы представьте, что чувствует мать, которая не может ничего сделать в то время, как ее ребенка унижают, оскорбляют, бьют? (Мария замолчала). Но я была зависима от мужа, я его боялась, мне некуда было идти, страх был сильнее разума, он меня парализовал, я не могла идти вперед из-за страха. Я жила с этим страхом каждый день. Но конечно это было неимоверное страдание.

Сколько лет вашему сыну?

В ноябре будет 15 лет.

Он простил вас?

Он до сих пор упрекает меня за те моменты, за то, что не защитила его. И конечно он прав и от этого становиться только больнее. Это травма и для него, которую будет очень сложно загладить. Но прошлого не вернешь, и мы должны сделать все возможное чтобы будущее было лучше, чем прошлое.

Очень мудро вы рассуждаете. Что или кто помог вам лично справиться с этой травмой, начать жизнь заново?

Мне помогли в центре «Ариадна», у нас в Дрокии. Я узнала о нем от одной женщины и сама обратилась туда. И вот там мне рассказали, что моя жизнь может быть другой. Но все это заняло время – пока я осознала, пока созрела, пока решила для себя разорвать эти отношения. Со мной работали психологи, социальные работники, юристы. Это сложная работа. Я пришла туда такая запуганная, что первое время постоянно оглядывалась – боялась, что муж пришел за мной сюда и ждет меня за углом.

Знаете, многие же говорят про жертв насилия «А чего она так долго терпела? Почему не обратилась за помощью? Есть же все?». Потому что не могла, и я понимаю как это сложно. Очень сложно перебороть страх. Только если переборешь страх – можно двигаться дальше. Уже тогда, когда страха нет, можно работать над самооценкой, думать о том, как будешь жить без мужчины, одна, как будет зарабатывать на жизнь, растить детей.

Вы сейчас планируете строить новые отношения?

Нет, сейчас нет. Мне нужно довольно много времени, чтобы прийти в себя. Я выросла с отцом-агрессором, в подростковом возрасте меня изнасиловал батюшка из церкви и сейчас мне нужно время, чтобы начать доверять мужчинам в принципе. Это очень тяжело для меня. Я не ищу отношений и концентрируюсь на том, чтобы вырастить и воспитать детей, мы делаем все, чтобы построить свой дом, поэтому сейчас это не моя цель. Я 33 года жила в этом кругу насилия и только на протяжении двух последних лет я освободилась.

Вы вообще понимаете, что вам памятник поставить надо за все, что вы пережили и не сошли сума?

Конечно, те травмы, которые я перенесла в девстве, — они оставили огромный след. Но знаете, сейчас у меня все хорошо. Меня вдохновляют другие женщины, меня поддерживают многие люди и это очень помогает. И еще мне всегда помогают специалисты, психологи, потому что трудные моменты у меня тоже случают до сих пор.

15235636_702443089912523_6533729432224117461_o

А вы простили родителей?

Конечно. Знаете, родителей же не выбирают. Да, в семье была такая ситуация, и я ее приняла. Я не могла ничего изменить. И сегодня я очень скучаю по папе, не смотря на то, каким он был в моем детстве. Мне очень его не хватает, мне очень не хватает разговоров с ним. У меня не было этого в детстве, и я очень хочу наверстать это сейчас. У меня нет ненависти к нему, я простила его.

Скажите, а как вы детям своим объясняете что насилие – это плохо?

Ох, это каждодневная борьба. Насилие сегодня везде – и в садике, и в школе, и на детских площадках, и я конечно каждый день говорю с девочками. Я постоянно объясняю, что насилие – это не выход, и что в любой ситуации можно договориться. Но это работа, каждодневная большая работа. И знаете, мне не всегда легко это удается. Иногда у меня самой заканчивается терпение, и в такие моменты я стараюсь глубоко дышать и выхожу на улицу. И вот когда возвращаюсь, я спокойно разговариваю дальше.

Елена Держанская
Фото: архив ООН Женщины Молдовы

Подписывайтесь на нашу страницу в Фейсбуке и Одноклассниках!
positivepeople.md