Меня зовут Тимур, мне 25 лет, я родом из Одессы.

Я не могу сказать, что до войны у меня была спокойная или «обычная» жизнь. Я всегда находился в центре событий: бурная молодость, спорт, которым я серьезно занимался около пяти лет, тусовки, криминал, наркотики. Уровень социальной ответственности был низким, и, по сути, я жил на грани.

В 18 лет я стал отцом. У меня была семья, гражданский брак, попытки выстроить какую-то стабильность. Со стороны могло казаться, что я справляюсь. Но внутри уже тогда было много хаоса и нестабильности.

 

В феврале 2022 года началась война.

Как и многих украинцев, меня накрыла сильная паника. В первый месяц мне удалось отправить в Германию маму, жену и дочь. Я остался сам.

Каждый день приносил страх. Новости о погибших знакомых, друзьях, родственниках. Постоянное напряжение.

На этом фоне мое состояние начало стремительно ухудшаться. Я стал употреблять без тормозов — как способ хоть на время заглушить внутреннюю боль.

Так прошли полтора года.

Я пытался взять себя в руки, даже проходил учебку, хотел пойти воевать. Но из-за страха, зависимости и разрушенного состояния так и не смог.

В какой-то момент я понял: я на грани полного разрушения.

Я прошел детокс, пережил ломку, немного стабилизировался, собрал рюкзак и покинул страну.

Дорога до Молдовы была тяжелой: трое суток я шел полями, ночевал у незнакомых людей. После пересечения границы оказался в Приднестровье, где меня задержали, допросили и на трое суток поместили в изолятор.

 

В Молдове я начал оформлять временную защиту и искать жилье.

В этот момент столкнулся с обманом — люди, которые обещали помочь, взяли с меня около 1000 долларов и исчезли.

Моя трезвость была еще нестабильной. Во время подготовки к допросу в миграционной полиции я сорвался, снова начал употреблять и за месяц потратил все деньги.

Вместо того чтобы улететь в Турцию, я оказался в Бельцах — и там пережил один из самых тяжелых эпизодов.

Меня задержали по подозрению в употреблении. 

После этого я оказался в состоянии полного упадка.

Я жил на улице, спал в подъездах, не видел выхода.

Но самым тяжелым было даже не отсутствие денег или жилья.

Самым тяжелым было осуждение.

Когда ты находишься в зависимости, общество часто перестает видеть в тебе человека.

 

Об организации «Позитивная Инициатива» узнали мои родственники. Они сказали, что готовы помогать мне только при одном условии — если я сам обращусь за помощью. Я связался с организацией — и это стало поворотным моментом. Мне помогли добраться до Кишинева и сразу начали работать со мной.

Мне предоставили:

Я прошел 12-шаговую программу, участвовал в группах и индивидуальной терапии. Особенно важной для меня стала работа с психиатром-наркологом Ольгой — она помогла мне разобраться с моей вспыльчивостью и импульсивностью.

Главное, что отличало этот опыт — отношение.

Меня не осуждали.

Со мной разговаривали как с человеком.

И подбирали помощь под мои реальные потребности.

 

На сегодняшний день я нахожусь в более стабильном состоянии и продолжаю работать над своим восстановлением.

Я трезв. Я начал выстраивать более осознанное отношение к себе и своей жизни. Я учусь брать ответственность за свои решения.

Этот путь не был быстрым или легким. Но благодаря своевременной поддержке я смог остановиться и начать движение в другую сторону.

За это время я также сделал важные шаги в социальной адаптации: трудоустроился в организации «Позитивная Инициатива» и прошел обучающие курсы в рамках проекта YourJob Moldova. Это помогло мне укрепить уверенность в себе, восстановить навыки ответственности и начать развивать профессиональные компетенции.

 

Мой опыт показал, что даже в самых тяжелых состояниях человек может восстановиться — если рядом есть система поддержки и люди, которые готовы помочь без осуждения.

Такие организации, как «Позитивная Инициатива», играют критически важную роль. Они помогают не только справиться с зависимостью, но и вернуть человеку чувство достоинства, опору и шанс начать заново.